Неожиданная беременность номер 2, или моя жизнь с двумя детьми
С тем фактом, что я буду мамой двоих детей, я смирилась довольно быстро. За каких-то пару месяцев, не то что в первый раз.
После этого пришло понимание, что я должна буду разорваться между детьми. Конечно же, я решила, что первое время буду максимально уделять внимание Саре. В теории все было просто, первый месяц ребенок только спит и ест, а в перерыве какает. Время сна я и должна была проводить вместе с Сарой, играть с ней и вообще всячески показывать, что маленький ребенок не заменил ее, что я все так же люблю ее, и ничего не поменялось, просто наша семья стала больше. Жизнь, как всегда, внесла свои коррективы.
Кажется, как только у меня начал расти живот, гормоны пришли в какое-то бешенство. У меня были жуткие перепады настроения, и, что самое страшное, все их буквально на своей шкуре перенесла Сара. Я помню, что заставляла себя думать примерно так: она еще маленькая, ее нужно обнять, поцеловать, у нее просто не получается сделать что-то, она не специально. Я смотрела на нее и видела большого человека, каждый раз (когда я могла себя заставить) я заставляла себя вспомнить, что она маленькая девочка и ей еще нет 2 лет. Это не всегда срабатывало, к сожалению. Частенько, я была настолько увлечена своими собственными эмоциями, что забывала о том, что я нахожусь не со взрослым человеком, а с ребенком, при чем очень маленьким ребенком, который остро нуждается в моей ласке и поддержке.
Если во время беременности я еще могла вспомнить, что Сара и сама очень маленькая, то после родов, я уже даже не пыталась это сделать. Сара в один момент стала большой девочкой, читай взрослой девочкой, которая все понимает, все знает и умеет. К слову сказать, она и вправду была очень умной и сообразительной девочкой, но совсем не такой, какой ее видела я. Я стала возлагать на нее ожидания, как на взрослого. Это сейчас я понимаю, что была не права, и я наделала кучу ошибок, а тогда, я жила своими инстинктами и пыталась привыкнуть к изменившимся обстоятельствам.
Когда Камила родилась, я впервые рассталась с Сарой на несколько дней. В роддоме я впервые услышала ее голос, измененный телефоном, а когда выписывалась, то я расплакалась. Почти на всех фотографиях из роддома мы с Сарой с красными, зареванными лицами. Я уже не помню, что именно "добило" меня: сам факт встречи, или выражение ее глаз, или что-то еще. Но я плакала и никак не могла успокоиться.
Дома Сара сразу же захотела посмотреть на сестренку. Она сразу хотела с ней играть и пришлось очень долго объяснять ей, почему пока это невозможно. Кажется Сара совершенно не испытывала ревности, ей нравилось заботиться о сестре. Ей хотелось качать ее кроватку, развлекать, ей все время хотелось дотронуться до Камилы. Вспоминая все это, кажется, будто жизнь моя была сказкой, но тогда таких мыслей у меня даже не было. Мой план относительно Сары не работал, и я чувствовала, что мне тяжело. Одновременно с физической усталостью, я ощущала усталость психологическую, она усугублялась муками совести, что я совсем не обращаю внимания на бедного ребенка, а только ругаю ее.
Были, конечно, и позитивные моменты. Например, я могла оставить Сару посидеть с Камилой, если мне нужно было отойти, а Камила требовала моего присутствия. Сара с удовольствием катала кроватку с Камилой, иногда даже делала это по своему желанию, когда Камила спала, или же развлекала ее, приносила игрушки или просто разговаривала. Я ощущала сарину помощь и мне было приятно, что она её оказывает.
Камила же росла очень жизнерадостной девочкой, она всем улыбалась, ко всему тянулась, все ей было интересно. Я долго к ней привыкала, потому что с ней было не так как с Сарой. Отличия не были кардинальными, но все же они ощущались. Привыкла я к ней наверно только после полугода ее жизни, тогда и полегче стало. В плане развития, Камила тоже сильно отличалась от Сары. Это был ребенок из книжки: в 3 месяца перевернулась, в 6 - села, потом встала и пошла. В случае с Камилой это именно так и происходило, сначала она села, потом сама встала и сама же, без поддержки, пошла. Между "села" и "пошла", был еще период ползания. Вот тогда-то я поняла, что ползающий ребенок это не так безопасно, как было в моем мозгу. Доползти она могла куда угодно и очень быстро, в это время с ней могло произойти все что угодно.
После года жизни таким составом, стало полегче. Точнее даже не легче, а просто привычнее. Все физические изменения с Камилой к этому времени уже произошли, я имею ввиду, что она уже уверенно ходила, поэтому жизнь налаживалась, входила в обычное русло, да и мы все притерлись за это время друг к другу.
После этого пришло понимание, что я должна буду разорваться между детьми. Конечно же, я решила, что первое время буду максимально уделять внимание Саре. В теории все было просто, первый месяц ребенок только спит и ест, а в перерыве какает. Время сна я и должна была проводить вместе с Сарой, играть с ней и вообще всячески показывать, что маленький ребенок не заменил ее, что я все так же люблю ее, и ничего не поменялось, просто наша семья стала больше. Жизнь, как всегда, внесла свои коррективы.
Кажется, как только у меня начал расти живот, гормоны пришли в какое-то бешенство. У меня были жуткие перепады настроения, и, что самое страшное, все их буквально на своей шкуре перенесла Сара. Я помню, что заставляла себя думать примерно так: она еще маленькая, ее нужно обнять, поцеловать, у нее просто не получается сделать что-то, она не специально. Я смотрела на нее и видела большого человека, каждый раз (когда я могла себя заставить) я заставляла себя вспомнить, что она маленькая девочка и ей еще нет 2 лет. Это не всегда срабатывало, к сожалению. Частенько, я была настолько увлечена своими собственными эмоциями, что забывала о том, что я нахожусь не со взрослым человеком, а с ребенком, при чем очень маленьким ребенком, который остро нуждается в моей ласке и поддержке.
Если во время беременности я еще могла вспомнить, что Сара и сама очень маленькая, то после родов, я уже даже не пыталась это сделать. Сара в один момент стала большой девочкой, читай взрослой девочкой, которая все понимает, все знает и умеет. К слову сказать, она и вправду была очень умной и сообразительной девочкой, но совсем не такой, какой ее видела я. Я стала возлагать на нее ожидания, как на взрослого. Это сейчас я понимаю, что была не права, и я наделала кучу ошибок, а тогда, я жила своими инстинктами и пыталась привыкнуть к изменившимся обстоятельствам.
Когда Камила родилась, я впервые рассталась с Сарой на несколько дней. В роддоме я впервые услышала ее голос, измененный телефоном, а когда выписывалась, то я расплакалась. Почти на всех фотографиях из роддома мы с Сарой с красными, зареванными лицами. Я уже не помню, что именно "добило" меня: сам факт встречи, или выражение ее глаз, или что-то еще. Но я плакала и никак не могла успокоиться.
Дома Сара сразу же захотела посмотреть на сестренку. Она сразу хотела с ней играть и пришлось очень долго объяснять ей, почему пока это невозможно. Кажется Сара совершенно не испытывала ревности, ей нравилось заботиться о сестре. Ей хотелось качать ее кроватку, развлекать, ей все время хотелось дотронуться до Камилы. Вспоминая все это, кажется, будто жизнь моя была сказкой, но тогда таких мыслей у меня даже не было. Мой план относительно Сары не работал, и я чувствовала, что мне тяжело. Одновременно с физической усталостью, я ощущала усталость психологическую, она усугублялась муками совести, что я совсем не обращаю внимания на бедного ребенка, а только ругаю ее.
Были, конечно, и позитивные моменты. Например, я могла оставить Сару посидеть с Камилой, если мне нужно было отойти, а Камила требовала моего присутствия. Сара с удовольствием катала кроватку с Камилой, иногда даже делала это по своему желанию, когда Камила спала, или же развлекала ее, приносила игрушки или просто разговаривала. Я ощущала сарину помощь и мне было приятно, что она её оказывает.
Камила же росла очень жизнерадостной девочкой, она всем улыбалась, ко всему тянулась, все ей было интересно. Я долго к ней привыкала, потому что с ней было не так как с Сарой. Отличия не были кардинальными, но все же они ощущались. Привыкла я к ней наверно только после полугода ее жизни, тогда и полегче стало. В плане развития, Камила тоже сильно отличалась от Сары. Это был ребенок из книжки: в 3 месяца перевернулась, в 6 - села, потом встала и пошла. В случае с Камилой это именно так и происходило, сначала она села, потом сама встала и сама же, без поддержки, пошла. Между "села" и "пошла", был еще период ползания. Вот тогда-то я поняла, что ползающий ребенок это не так безопасно, как было в моем мозгу. Доползти она могла куда угодно и очень быстро, в это время с ней могло произойти все что угодно.
После года жизни таким составом, стало полегче. Точнее даже не легче, а просто привычнее. Все физические изменения с Камилой к этому времени уже произошли, я имею ввиду, что она уже уверенно ходила, поэтому жизнь налаживалась, входила в обычное русло, да и мы все притерлись за это время друг к другу.
Комментарии
Отправить комментарий